Работы Эриха Фромма не требуют предисловий и комментариев. Каждая его книга или лекция — настоящая сокровищница для каждого из нас.
Страница 16
Маркс, как и Гегель, рассматривает предмет в его движении, в его становлении, а не как статичный «объект», который может быть объяснен раскрытием его физической «причины». В отличие же от Гегеля, Маркс изучает человека и историю, начинающуюся с реального человека и экономических и социальных условий, в которых он вынужден жить, а не с его идей. Маркс был в равной мере далек как от буржуазного материализма, так и от идеализма Гегеля; поэтому он с полным правом мог сказать, что его философия — это не идеализм и не материализм, а синтез гуманизма и натурализма.
Страница 17
Утверждение Монтескье, что «обстоятельства формируют человека», — довольно старое прозрение; новым явился детальный анализ Марксом обстоятельств, коренящихся в способе производства и зависящих от лежащих в его основе производительных сил. Свойственные капитализму определенные экономические условия создают главный стимул — стремление к обладанию деньгами и собственностью, но иные экономические условия могут породить совершенно противоположные желания — такие, как аскетизм и отказ от земных богатств, что можно обнаружить во многих восточных культурах и на ранних стадиях капитализма. Страсть к деньгам и собственности, по Марксу, точно так же обусловлена экономически, как и ровно противоположные страсти.
«Материалистическая» или «экономическая» интерпретация Марксом истории не имеет ничего общего с предполагаемым пониманием «материалистических» или «экономических» побуждений как наиболее фундаментального стимула человеческой деятельности. Она означает другое: человек, реальный и цельный человек, — «реальные живые индивиды», а не порождаемые ими идеи, — является предметом истории, позволяющим понять ее законы. Понимание Марксом истории может быть названо антропологическим.
Страница 21
Труд — это фактор, связывающий человека с природой; он является усилием человека наладить обмен веществ с природой. Труд является выражением и проявлением человеческой жизни, и благодаря труду отношения человека с природой меняются, изменяется и сам человек.
Страница 22
На известной ступени своего развития материальные производительные силы общества приходят в противоречие с существующими производственными отношениями или — что является только юридическим выражением последних — с отношениями собственности, внутри которых они до сих пор развивались. Из форм развития производительных сил эти отношения превращаются в их оковы. Тогда наступает эпоха социальной революции. С изменением экономической основы более или менее быстро происходит переворот во всей громадной надстройке. При рассмотрении таких переворотов необходимо всегда отличать материальный, с естественно-научной точностью констатируемый переворот в экономических условиях производства — от юридических, политических, религиозных, художественных или философских, короче — от идеологических форм, в которых люди осознают этот конфликт и борются за его разрешение.
Страница 23
Эволюция человека на всем протяжении истории характеризуется борьбой его с природой. В определенный момент истории (и, по мнению Маркса, это произойдет в ближайшем будущем) человек разовьет производительные силы природы настолько, что антагонизм между человеком и природой наконец будет преодолен. Тогда «предыстория человека» завершится и начнется уже настоящая человеческая история.
Страницы 26–27
Люди являются производителями своих представлений, идей и т. д., — но речь идет о действительных, действующих людях, обусловленных определенным развитием их производительных сил и — соответствующим этому развитию — общением, вплоть до его отдаленнейших форм. Сознание никогда не может быть чем-либо иным, как осознанным бытием, а бытие людей есть реальный процесс их жизни. Если во всей идеологии люди и их отношения оказываются поставленными на голову, словно в камере-обскуре, то и это явление точно так же проистекает из исторического процесса их жизни, — подобно тому как обратное изображение предметов на сетчатке глаза проистекает из непосредственно физического процесса их жизни».
Итак, следует отметить, что Маркс — как Спиноза и позднее Фрейд — полагал, что превалирующая часть человеческих мыслей есть «ложное» сознание, есть идеология и рационализация, что истинные мотивы человеческих действий остаются неосознанными. Согласно Фрейду, они коренятся в либидозных побуждениях человека; согласно Марксу, они коренятся во всей социальной организации человеческого общества, которая и направляет мышление человека в определенную сторону и препятствует осознанию некоторых фактов и имеющегося опыта.
Важно понять, что эта теория не утверждает, будто идеи и идеалы — не реальны и не действенны. Маркс говорит об осознании, а не об идеалах. Именно слепота сознания не дает человеку понять свои истинные потребности и идеалы, в них коренящиеся. Только если ложное сознание трансформируется в истинное, — т. е. если мы осознаем действительность, а не будем искажать ее рационализацией или фикциями, — мы сможем осознать наши реальные человеческие потребности.
Страница 28
«Материалистическое учение [в отличие от теории самого Маркса] о том, что люди суть продукты обстоятельств и воспитания, что, следовательно, изменившиеся люди суть продукты иных обстоятельств и измененного воспитания, — это учение забывает, что обстоятельства изменяются именно людьми и что воспитатель сам должен быть воспитан. Оно неизбежно поэтому приходит к тому, что делит общество на две части, одна из которых возвышается над обществом (как, например, у Роберта Оуэна).
Совпадение изменения обстоятельств и человеческой деятельности может рассматриваться и быть рационально понято только как революционная практика».
Страница 33
Для Маркса силы и возможности человека не беспредельны — он является сырым материалом, который не может быть изменен, как не может быть изменен мозг, остающийся неизменным с доисторических времен. Однако на протяжении истории человек меняется — он развивается и трансформируется, поскольку является продуктом истории; выстраивая собственную историю, он становится собственным продуктом. История есть история самореализации человека; она не что иное, как самосоздание человека в процессе труда и производства: «вся так называемая всемирная история есть не что иное, как порождение человека человеческим трудом, становление природы для человека, значит, у него есть наглядное, неопровержимое доказательство своего порождения самим собою, процесса своего возникновения».
Страницы 33–34
В своей концепции человека Маркс опирается на Гегеля. Гегель начинает с утверждения, что явление и сущность не совпадают. Задача диалектики, как пишет о теории Гегеля Г. Маркузе в своей книге «Разум и революция», — отличить сущность от существования, выявить их отношения. Другими словами, необходимо прояснить взаимоотношения сущности и существования: в процессе существования сущность реализуется, таким образом, существование означает обращение к сущности. По словам Маркузе, мир остается отчужденным и ложным, пока человек не уничтожит мертвую объективность и не увидит себя и собственную жизнь за фиксированными формами вещей и законов. Когда он наконец достигнет самосознания, он окажется на пути к познанию не только истины о себе, но и о мире. За таким познанием приходит действие. Человек постарается привести эту истину в действие и сделать мир тем, чем он, в сущности, является, — а именно осуществлением самосознания человека. Для Гегеля познание не достигается при разделении субъекта и объекта, когда объект воспринимается как нечто внеположное и противостоящее мыслителю. Чтобы познать мир, человек должен присвоить его себе.
Страница 23
Гёте поясняет это на примере поэта: «Пока человек выражает лишь субъективные впечатления, его еще нельзя назвать поэтом, однако как только он понимает, как объять весь мир и выразить его, он поэтом становится. Тогда он неисчерпаем и может быть вечно новым, в то время как его чисто субъективная натура исчерпывается и не имеет что сказать». По словам Гёте, «человек знает себя только в той мере, в какой он знает мир; он знает мир лишь через себя и осознает самого себя, лишь будучи погруженным в мир.
Страница 36
Гегель дал наиболее систематическое и исчерпывающее определение созидательного человека — индивида, являющегося творческой личностью только тогда, когда он не пассивно реагирует на мир, а активно и созидательно относится к нему, таким образом делая его своим собственным. Гегель весьма поэтически сформулировал эту идею: субъект, желающий осуществиться, сделает это, «выведя себя из ночи возможности в день реализации». Для Гегеля развитие сил индивида, способностей и потенциала возможно только благодаря постоянной деятельности, а не чистому размышлению или восприимчивости. Для Спинозы, Гёте, Гегеля, как и для Маркса, человек жив лишь в том случае, если он созидателен, если он охватывает собой внешний мир в акте выражения собственных сугубо человеческих сил. Если же человек не продуктивен, если он пассивен и только реагирует на него, — он ничто, он мертв. В творческом процессе человек реализует свою сущность, возвращается к своей сущности, что на теологическом языке есть не что иное, как возвращение к Богу.
Страница 38
Непосредственным, естественным, необходимым отношением человека к человеку является отношение мужчины к женщине. В этом естественном родовом отношении человека к природе непосредственно заключено его отношение к человеку, а его отношение к человеку есть непосредственным образом его отношение к природе, его собственное природное предназначение. Таким образом, в этом отношении проявляется в чувственном виде, в виде наглядного факта то, насколько стала для человека природой человеческая сущность или насколько природа стала человеческой сущностью человека. На основании этого отношения можно, следовательно, судить о степени общей культуры человека. Из характера этого отношения видно, в какой мере человек стал для себя родовым существом, стал для себя человеком и мыслит себя таковым. Отношение мужчины к женщине есть естественнейшее отношение человека к человеку. Поэтому в нем обнаруживается, в какой мере естественное поведение человека стало человеческим или в какой мере человеческая сущность стала для него естественной сущностью, в какой мере его человеческая природа стала для него природой.
Страница 39
Чувства, присущие человеку, так сказать, от природы, нуждаются для своего оформления в существовании объектов. Любой предмет может служить лишь подтверждением какой-то из его способностей. «Не только пять внешних чувств, но и так называемые духовные чувства, практические чувства (воля, любовь и т. д.), — одним словом, человеческое чувство, человечность чувств, — возникают лишь благодаря наличию соответствующего предмета, благодаря очеловеченной природе». Объект, по Марксу, подтверждает и реализует индивидуальность человека. «То, как они становятся для него его предметами, зависит от природы предмета и от природы соответствующей ей сущностной силы; ибо именно определенность этого отношения создает особый, действительный способ утверждения. Глазом предмет воспринимается иначе, чем ухом, и предмет глаза — иной, чем предмет уха. Своеобразие каждой сущностной силы — это как раз ее своеобразная сущность, следовательно, и своеобразный способ ее опредмечивания, ее предметно-действительного, живого бытия. Поэтому не только в мышлении, но и всеми чувствами человек утверждает себя в предметном мире».
Связывая себя с предметным миром и его силами, человек делает мир реальным для себя; на самом деле лишь «любовь» заставляет человека верить в реальность окружающего мира.
Страницы 47–49
Вся концепция самореализации, по Марксу, может быть в полной мере понята лишь в связи с его концепцией труда. Прежде всего следует отметить, что труд и капитал были для Маркса прежде всего не только экономическими категориями; они являлись категориями антропологическими, окрашенными ценностными суждениями, коренящимися в гуманистическом подходе Маркса. Капитал — как то, что накапливается, — олицетворяет собой прошлое; труд, напротив, является или должен быть, когда он свободен, выражением сегодняшней жизни.
<…> Мы предполагаем труд в такой форме, в которой он составляет исключительное достояние человека. Паук совершает операции, напоминающие операции ткача, и пчела постройкой своих восковых ячеек посрамляет некоторых людей-архитекторов. Но и самый плохой архитектор от наилучшей пчелы с самого начала отличается тем, что прежде чем строить ячейку из воска, он уже построил ее в своей голове. В конце процесса труда получается результат, который уже в начале этого процесса имелся в представлении человека, т. е. идеально. Человек не только изменяет форму того, что дано природой; в том, что дано природой, он осуществляет вместе с тем и свою сознательную цель, которая как закон определяет способ и характер его действий и которой он должен подчинять свою волю. И это подчинение не есть единичный акт.
Страница 49
Основная претензия Маркса к капитализму — не несправедливость распределения богатства, а превращение труда в принудительную, отчужденную, бессмысленную работу, а человека — в «искалеченного уродца». Концепция труда как выражения индивидуальности человека сжато изложена в представлении Маркса о полном освобождении от пожизненной прикованности к единственному занятию. Поскольку цель развития человека — это развитие многогранного, универсального человека, он должен быть освобожден от уродующего влияния специализации.
Страница 53
Сама концепция отчуждения впервые нашла свое выражение в западном мышлении благодаря содержащемуся в Ветхом Завете описанию идолопоклонства. Главное в том, что пророки называли идолопоклонством, — это не поклонение человека многим богам вместо только одного, но то, что идолы — дело рук человека: они — вещи, и человек поклоняется вещам и почитает вещи, им самим изготовленные. Это приводит к тому, что он и сам превращается в вещь, передавая созданным им вещам какую-то часть самого себя. Вместо того чтобы ощущать себя творцом, он оказывается связан с самим собой только благодаря почитанию идола. Человек оказывается отчужденным от собственных жизненных сил, от богатства своих возможностей и соприкасается с собой лишь косвенно — подчиняясь застывшей в идоле жизни.
Страница 55
Для Маркса, как и для Гегеля, концепция отчуждения основывается на различии между сущностью и существованием, на том факте, что существование человека отчуждено от его сущности; в действительности человек не выступает тем, чем потенциально является. Иначе говоря: он не то, чем должен быть; а должен он быть тем, чем быть может.
Страница 56
Труд оказывается отчужденным, потому что работа перестает быть выражением природы работника, который «не утверждает себя, а отрицает, чувствует себя не счастливым, а несчастным, не развивает свободно свою физическую и духовную энергию, а изнуряет свою физическую природу и разрушает свои духовные силы. Поэтому рабочий только вне труда чувствует себя самим собой, а в процессе труда он чувствует себя оторванным от самого себя».
<…> Маркс подчеркивает два момента:
1) в процессе работы, и особенно работы в условиях капитализма, человек оказывается отчужден от собственных творческих сил;
2)
объекты его труда делаются чуждыми ему и в конце концов управляют им,
делаются независимой от производителя силой. «Рабочий существует для
процесса производства, а не процесс производства для рабочего».
Страница 63
Отчуждение ведет к извращению всех ценностей. Сделав экономику и ее ценности — «наживу, труд и бережливость, трезвость» — высшей целью жизни, человек не развивает истинно моральные ценности: «богатство такими вещами, как чистая совесть, добродетель и т. д.; но как я могу быть добродетельным, если я вообще не существую? Как я могу иметь чистую совесть, если я ничего не знаю?» При отчуждении каждая сфера жизни, и экономическая, и моральная, независимо друг от друга «фиксирует особый круг отчужденной сущностной деятельности и каждая относится отчужденно к другому отчуждению».
Страница 66
История внесла только одну поправку в эту концепцию отчуждения: Маркс считал наиболее отчужденным рабочий класс, а потому эмансипация от отчуждения должна была неизбежно начаться с освобождения рабочего класса. Маркс не предвидел, до какой степени отчуждение станет участью огромного большинства человечества, особенно постоянно растущей части населения, манипулирующей символами и людьми, а не машинами. Если на то пошло, то клерк, посредник, чиновник сегодня еще более отчуждены, чем квалифицированный рабочий.
Функционирование последнего все еще зависит от определенных личных качеств — таких, как умения, надежность и т. д., — и он не обязан продавать свою «личность», свою улыбку, свои мнения; манипулирующих символами нанимают не только за их умения, но и за те личностные качества, которые делают их «привлекательными персонально», легко поддающимися управлению и манипулированию. Они — истинные «люди организации», гораздо больше, чем квалифицированные рабочие; корпорация — их идол.
Страница 71
Маркс смотрел на социализм как на условие существования человеческой свободы и творчества, а не как на нечто, являющееся целью жизни человека.
Для Маркса социализм (или коммунизм) — не бегство и не потеря объективного мира, который люди создали благодаря применению своих способностей. Это не нищенский возврат к неестественной, примитивной простоте.
Скорее это первое реальное проявление и актуализация человеческой природы как чего-то реально существующего. Социализм для Маркса — общество, позволяющее вызволить человеческую сущность благодаря преодолению отчуждения. Он не что иное, как создание условий для появления действительно свободного, разумного, деятельного и независимого человека и для выполнения пророческой цели — уничтожения идолов.
Страница 73
Чисто субъективно ложные потребности могут ощущаться столь же важными, как и истинные, и с чисто субъективной точки зрения не может быть критерия для их различения. Прибегая к современной терминологии, речь идет о различении между невротическими и рациональными (здоровыми) потребностями. Человек часто осознает только свои ложные потребности и не осознает истинные. Задача ученого, анализирующего общественные тенденции, состоит в том, чтобы пробудить человека, помочь ему осознать иллюзорность ложных потребностей и реальность истинных. Основной целью социализма, согласно Марксу, является опознание и реализация настоящих потребностей человека, что станет возможным, только когда производство будет служить человеку, а капитал перестанет продуцировать и эксплуатировать ложные потребности.
Страница 74
Маркс боролся с религией как раз потому, что произошло ее отчуждение и она больше не удовлетворяет истинных потребностей человека. На самом деле борьба Маркса с Богом — это борьба с идолом, который называют Богом. Еще совсем молодым человеком он взял эпиграфом к своей диссертации следующие слова: «Не тот безбожник, кто осуждает богов толпы, а тот, кто приписывает мнение толпы богам». Атеизм Маркса — самая продвинутая форма рационального мистицизма, и она ближе к Мейстеру Экхарту или к дзен-буддизму, чем те защитники Бога и религии, которые обвиняют его в безбожии.
Страница 79
Для Маркса социализм означал общественное устройство, которое позволяет человеку вернуться к себе, достичь единства между сущностью и существованием, преодолеть разделение и антагонизм между субъектом и объектом, между очеловечиванием и природой; он означал мир, в котором человек не был бы чужим среди чужих, а ощущал этот мир своим домом.
Страница 93
Маркс был творческим, неотчужденным, независимым человеком, работы которого говорят о нем как о человеке нового общества. Он был продуктивно связан со всем миром, с людьми, с идеями; Маркс был тем, что он думал. Маркс ежегодно перечитывал Эсхила и Шекспира в оригинале и в самые тяжелые времена — когда болела его жена — погружался в математику и изучал дифференциальное исчисление. Маркс являлся гуманистом до мозга костей. Для него не было ничего более изумительного, чем человек, и это чувство он выражал в часто повторяемой цитате из Гегеля: «Даже преступная мысль злодея величественнее и важнее, чем чудеса небесные». Ответы на вопросы анкеты, составленной его дочерью Лаурой, очень много о нем говорят: его представление о несчастье — подчинение, самый отвратительный грех — раболепие, а любимые высказывания — «ничто человеческое мне не чуждо» и «сомневайся во всем».
04.03.2023